Украинская политика возвращается к условной «модели Кучмы»? – российская пресса о политическом кризисе в Украине

Кучма-2
В стратегическом же плане украинская политика, совершив крутой циклический вираж, как мы уже говорили, возвращается к условной «модели Кучмы». Последний, будучи первым и едва ли не единственным украинским лидером- государственником в полном смысле этого слова, аккуратно и последовательно выстраивал общеукраинскую государственность и идентичность, лавируя между различными региональными кланами и возвышаясь над линиями этконфессионального и социокультурного расколов. Такая гибкость позволяла ему поддерживать баланс сил и сравнительно успешно управлять столь гетерогенной целостностью, какую из себя представляет Украина. Тот же самый подход будет вынужден реализовать любой вменяемый украинский политик, желающий сохранить и упрочить собственное государство. Все это, безусловно, касается и «региональной общеукраинской партии», ставшей сегодня под руководством Виктора Януковича ядром возможного будущего коалиционного правительства Украины.
Однако хорошо известно, что в одну и ту же «политическую реку» не удается войти дважды. То, что удавалось Кучме до Майдана, едва ли возможно в условиях состоявшегося политического самоопределения «западного», «центрально-киевского» и «юго-восточного» центров влияния в политическом пространстве Украины, провала России в кампании 2004 г., результатов «газовых войн» и возросшего влияния Запада.
В связи с этим очевидно, что в качестве премьера Янукович будет не «пророссийским» политиком, но утверждающимся общеукраинским лидером, выстраивающим прагматические и конструктивно-доверительные отношения с Россией на основе взаимной выгоды и при этом не отказывающимся от реалистической стратегии взаимодействия с ЕС. В рамках формирующейся политической модели Украина едва ли станет в обозримом будущем полноправным членом НАТО, однако отношения страны с альянсом едва ли будут свернуты. Известное расширение полномочий регионов также становится неизбежным, — но федерализация и тем более сценарии «политического развода» едва ли осуществятся в силу того, что этого не хочет ни одна из влиятельных украинских элитных групп.
Закрепление регионального статуса русского языка скорее всего продолжится, но шансов стать вторым государственным без изменения действующей украинской Конституции у него откровенно немного. Знаковые для «оранжевой идеологии» фигуры наподобие Б.Тарасюка, Р.Зварыча, В.Кваськива едва ли окажутся в составе «двухполюсного» кабинета, однако их идеологическое влияние в известном сегменте политического поля сохранится и даже возрастет.
Лозунгами нового политического цикла, скорее всего, станут «национальное единение» и «патриотический центризм» с определенными реверансами в сторону России, вытесняющие на противоположные друг другу края политико-идеологического спектра «радикальную пророссийскость» в духе Н. Витренко и идеи «антироссийской идентичности» и «изоляционистской самодостаточности» Украины в версиях П.Мовчана, А.Шкиля или блока Плюща-Костенко.
Таким образом, в результате «коалиционной контрреволюции» в Верховной Раде Украина вполне вероятно окажется (в случае реализации безкризисного сценария) в новом качественном состоянии. Американская модель «прямого кураторства», столь топорно реализовавшаяся новым послом Тэйлором, привела Украину к внутреннему противостоянию и кризису. Наиболее же актуальный вопрос сегодня состоит в том, готова ли Россия сформулировать и реализовать конструктивную стратегию взаимодействия с Украиной, учитывая качественно новое состояние ее государственности и элиты? Именно от этого во многом зависит как закрепление у власти в республике конструктивных сил, так и будущее отношений двух стран и народов.
Сергей Бирюков