Он-лайн конференция на тему: «Обеспечение безопасности труда и социальной защиты работника». Полная версия

   Совместная медиа-конференция телеканала ЛОТ, информагентства Cxid.info и радио «Пульс». На вопросы отвечали: Виталий Скупинский, начальник управления исполнительной дирекции Фонда социального страхования от несчастных случаев на производстве в Луганской области, а также Владимир Семаков, заведующий отделом охраны труда, здоровья и социальных вопросов Федерации профсоюзов Луганской области.

   Зайцев Александр, всеукраинская газета «Полис – безопасность»
   – Прошло уже несколько лет со дня создания Фонда. Уже можно определить некоторые достоинства и недостатки. Одним из таких недостатков можно назвать то, что создатели попутали слова «уравниловка» и «справедливость». Не пора ли уже перейти к тому, чтобы взносы были дифференцированными?

   Виталий Скупинский
   – В апреле нашему Фонду минуло 7 лет. Мы стали серьезной государственной структурой. За эти 7 лет мы выплатили 1 млрд 600 млн грн. пострадавшим и их семьям. Если сравнивать с 2002 годом, то можно констатировать спад уровня травматизма на производстве Луганской области на 40%. Профзаболевания и смертельный травматизм остаются, к сожалению, все на том же уровне. В законе о Фонде ст. 47 предусматривает дифференцированные выплаты, увеличение класса риска и увеличение страхового тарифа тем работодателям, которые спустя рукава относятся к своим работникам. На сегодняшний день и те, у кого на производстве массовый травматизм, и те, у кого единичные случаи, платят одинаково. Однако Кабмином каждый год при принятии бюджета на текущий год на эту ст. 47 накладывается мораторий. Нас поддержал руководитель облгосадминистрации Александр Антипов. И в ноябре 2007 года при подготовке бюджета-2008 было его обращение в Министерство труда о том, что пора перейти к новым экономическим рычагам воздействия на предпринимателей. Но, к сожалению, на этот год никаких усилий Кабмин не предпринял. Мы – за то, чтобы каждый платил по уровню травматизма на своем предприятии и не травмировал людей. Ведь суммы выплат у нас очень большие – мы в месяц выплачиваем 40 млн грн. Но ведь цены растут, добавьте еще инфляцию. Вот и получается у нас дисбаланс.

   Зайцев Александр, всеукраинская газета «Полис – безопасность»
   – Любой врач вам скажет, что болезнь легче предупредить, чем лечить. В этом плане ваш Фонд должен пропагандировать безопасность труда. Как с этим обстоят дела? Есть ли изменения?

      Виталий Скупинский
    – В полной мере за безопасность труда, за нарушения и возникающие в связи с этим несчастные случаи ответственны работодатель и сам работник. Об этом говорят 13 и 15 статьи Закона «Об охране труда». Если обе стороны не соблюдают необходимые предписания, то возникаю несчастные случаи. Мы можем только подсказывать, советовать, законом мы предусмотрены как консультанты работодателей. Мы не надзорный орган, не орган власти – мы финансовая страховая компания. Мы занимаемся выпуском всевозможной печатной продукции с памятками работнику и работодателю, обучением специалистов по охране труда для предприятий всех форм собственности за счет средств Фонда. Это и есть наш вклад в профилактику несчастных случаев на производстве. Однако сами мы не можем ничего сделать. До тех пор, пока не будут работодатель и работник чувствовать свою ответственность – дело не сдвинется с мертвой точки.

   Профсоюзная газета «Единство»
   – Существуют ли какие-либо рычаги воздействия на работодателей?

      Виталий Скупинский
   – Закон предусматривает только наложение штрафных санкций на работодателя за несвоевременное сообщение о несчастном случае в адрес Фонда. Все остальные штрафные санкции имеет право накладывать подразделение Госгорпромнадзора. Поэтому если наши эксперты выявляют десятки тысяч нарушений, проводя проверки на предприятиях, то они дают работодателю предписание на устранение. Если он не устраняет, мы делаем письменное заявление в терруправление Госгорпромнадзора, чтобы они применили необходимые санкции. Но штрафы там небольшие – от 136 до 255 грн. Сейчас мы ставим вопрос об увеличении размеров штрафов. Кроме того, нужно возродить штрафы на предприятия, а то получается, что платят работодатели, а предприятия ни при чем. У нас 90% средств уходят на страховые выплаты, так что на профилактику почти ничего не остается. В прошлом году мы купили 318 автомобилей для инвалидов – это почти 8,5 млн грн.

   Екатерина Черенкова, ЛОТ
   – Когда-то существовал институт общественных инспекторов по охране труда. Существует ли сейчас какая-то подобная организация?

   Владимир Семаков
   – В дополнение к предыдущему вопросу, хочу сказать, что в законодательстве предусмотрены реальные рычаги воздействия на работодателей. И сама система контроля предусматривает два уровня: государственный контроль и общественный контроль в лице представителей профсоюзных организаций. Плюс еще прокуратура. Но, увы, у нас, если в документе записан приоритет жизни и здоровья перед производственными показателями, то на практике получается как раз наоборот. И все это обосновывается тем, что если не будут улучшены показатели труда, то тем сильнее будет ухудшено положение работника. Именно это заставляет и самих работников, и комитеты идти на уступки. А это ведет к травматизму на предприятиях. А самое главное то, что заложенный механизм взаимодействия не находит реального выражения в практической реализации. Часто мы можем констатировать факт «показушности» тех или иных действий. А ведь если будут лучше следить за безопасностью труда на предприятии работодатели и сами работники, они будут экономить деньги. Соответственно, их будет экономить и Фонд. К этому нужно стремиться.

   Виталий Скупинский
   – В марте-апреле работу Фонда проверяла Генпрокуратура. К нам больших замечаний не было, но в докладной на Кабмин генеральный прокурор доложил, что «Минуглепрома» не внедрена отраслевая программа «Здоровье шахтеров», которую Кабинет министров обязал разработать еще в 2001 году. А среди профзаболеваний 91% занимают именно работники угольной промышленности. На это влияют и сильная запыленность, и устаревшая техника, и превышение рабочих нагрузок. Именно поэтому с 2002 года уровень профзаболеваний не уменьшается.

   Ольга Лебедева, Cxid.infо.
   - Фонд страхования от несчастных случаев создавался для более надежной социальной защиты людей, которые получили травму на производстве. В чем проявляется эта защита?
Виталий Скупинский. Эта защита проявляется в денежных выплатах в зависимости от несчастного случая: если это смерть работника, то выплаты идут семье, потерявшей кормильца, пенсии нетрудоспособным родителям, стипендии несовершеннолетним детям, (учащимся на бюджете стипендии платят до 23 лет). Если человек пострадал и утратил трудоспособность, то ему кроме единовременной ежемесячной выплаты в порядке компенсации ущерба выдаются санаторные путевки, назначенные врачебной комиссией препараты или протезы, дополнительное питание, коляски, автомобили для передвижения и т.д. – все это финансирует фонд за счет своих средств. Мы отвечаем рекомендациям международных организаций труда, конвенции Евросоюза по социальной защите пострадавшим – всем международным стандартам. Если бы еще работодатели соблюдали все нормы, то у нас не было бы таких показателей: 2,13 погибших шахтера на 1 млн. т добытого угля. Такие огромные цифры пока остаются только в Китае и России. В этом отношении у нас есть большие претензии к работодателям.

   Анастасия Аверина, радио «Пульс»

   - Какие мероприятия проделаны для снижения уровня травматизма и профзаболеваний на предприятиях в Луганской области?

   Виталий Скупинский
   - Мы, к сожалению, не можем вмешиваться в деятельность работодателей. Согласно «Закону об охране труда» и «Закону о трудовых отношениях» работодатель обязан постоянно проводить целый комплекс мероприятий по улучшению условий труда, в том числе, модернизации оборудования, обучения работников, контролировать трудовой процесс и соблюдение всех норм техники безопасности и охраны труда. Фонд непосредственно не выполняет никаких мероприятий, мы лишь советуем и подсказываем работодателю, когда он неправильно себя ведет. Мы постоянно внушаем работодателям, что безопасность труда должна стоять на первом месте, нежели объемы производства и прибыль. Если пострадал человек или группа людей в результате какой-то аварии, то предприятие останавливается на момент расследования, и в результате простоя получит большие убытки. Поэтому скупится на охране труда никак нельзя. К сожалению, понимают не все, особенно те частные предпринимательские структуры, которые дорабатывают залежи угля в закрытых шахтах. Для нас сегодня это бич, больное место. Там люди работают без оформления трудовых отношений, без документов, без официального получения зарплаты. А ведь в результате травмы выплаты идут на основании документов о трудовых отношениях и полной заработной платы. А если ничего нет, то и платить не откуда. Поэтому мы призываем работодателей, просим профсоюзы и органы местного самоуправления повлиять на ситуацию и защищать таких работников.

   Владимир Семаков
   - Мы заключаем территориальное соглашение между профсоюзами, местными администрациями и работодателями, в которых освещаются в том числе вопросы охраны труда, охраны окружающей среды. Анализируя ситуацию, можно сказать, что есть положительный сдвиг, заметный и на предприятиях, в конкретных делах и решениях. Также эти вопросы отражены в отраслевых соглашениях – по каждому Министерству отрасли, - и на каждом предприятии должен быть коллективный договор, в котором также обговариваются все вопросы охраны труда. Говоря о влиянии, я могу прямо сказать, что на тех же угольных предприятиях за последние годы улучшилось положение с обеспечением средствами индивидуальной защиты. Еще один документ, который помогает нам решать вопросы профилактики и снижения уровня травматизма – это план совместных действий между ЛОГА, управлением исполнительной дирекции социального страхования, профсоюзами и Госнадзорохрантруда, в последнее время к ним подключились работодатели. Есть такой системный документ, который позволяет скоординировать наши действия, помогает привлекать к ответственности, решать некоторые проблемы.

   Зайцев Александр, всеукраинская газета «Полис – безопасность»

   - К сожалению, работник не является в данном случае вашим союзником, а больше ратует за работодателя, даже когда травмирован. Скажите, основываясь на своем опыте, что можно сделать, чтобы травмированный работник почувствовал себя юридически защищенным и не побоялся потребовать с предпринимателя компенсацию?

   Виталий Скупинский
   - Трудно сказать однозначно. Должна быть поддержка и контроль со стороны государства за соблюдением трудовых отношений на предприятиях определенной территории или области. Здесь должны принимать участие и органы соцзащиты, органы местного самоуправление, органы власти, госинспекциии, прокуратура, наш фонд. Должен быть комплексный подход.
   С мая мы начнем обучать заместителей глав администраций и городских глав, которые отвечают за вопросы охраны труда. Со сменой этих работников в органах власти пришли люди, знающие не все тонкости. Мы хотим научить их, как этот процесс организовывается, соблюдается и контролируется.
   А еще нужно внушать работникам, что их защита – в их руках. При правильном оформлении трудовых отношений все необходимые выплаты будут обеспечены. Нам приходится вместе с Госпромнадзором помогать отстаивать в судах скрытые несчастные случаи, необъективную сумму начисления зарплаты, делаем перерасчеты, даем юридические консультации и т. д. Мы придерживаемся европейских норм, поэтому в случае обращений работников мы не сообщаем работодателям о их заявлениях, не сталкиваем их лбами, проверяем их с осторожностью.
   Здесь много нюансов, при этом ответственность лежит все же на работодателе, поэтому контроль за ним нужно усилить. Вообще, это очень острая проблема, особенно в частных угольных компаниях, где нет ни понятий о том, то такое охрана труда, ни специалистов по этому профилю. А ведь своего надзирателя на каждое предприятие фонд поставить не может, внезапно придти с проверкой тоже, поэтому здесь нужна общая работа всех организаций и людей.

   Газета «Голос Донбасса»

   - Часто бывает, что горняк получил травму на производстве, а выдает ее за бытовую. Почему так происходит, кому это выгодно и как себя вести в таком случае?

   Виталий Скупинский
   - Никому не выгодно и смысла скрывать нет, потому что выплаты проводит фонд, а не работодатель. Если человек на это идет, значит, на него нажали, как-то уговорили. Такие случаи есть, наверное, происходят по старинке, осталось с времен, когда компенсации выплачивало само предприятие. А ведь такие объемы не смогли бы выдержать даже крупные шахты, поэтому до сих пор почему-то скрывают. Например, шахта им. Засядько, если бы проводила выплаты, оказалась бы уже банкротом. Поэтому скрывать такие травмы смысла, в общем, нет.

   Владимир Семаков
   - Если говорить о причинах сокрытия производственных травм, то здесь истоки идут из невыполнения законодательства. Если нормы не выполняются, случилась травма, то при сокрытии ответственности никакой предприятие нести не будет. Вторая причина – инерция в сознании самих работников, зависимость его от показателей предприятия. Как показали наши проверки, то 62% несчастных случаев на производстве расследовались, а 37% остались скрыты. Иногда даже сами работники отрицают факт несчастного случая, даже когда есть больничный лист, даже не объясняя, почему они на это идут. Чтобы предотвратить скрытие травм, нужно изменить ситуацию, когда
показатели прибыльности предприятия оказываются важнее здоровья работника.