За двумя зайцами. Почему Красный Крест и ООН прекращают гуманитарную помощь Донбассу

За двумя зайцами. Почему Красный Крест и ООН прекращают гуманитарную помощь Донбассу

Эксперт Игорь Кириченко-майор милиции в отставке, кандидат юридических наук, доцент, заслуженный работник образования Украины, рассуждает, что стоит за решение Красного Креста и ООН прекратить гуманитарную помощь мирному населению Донбасса.

По сообщению немецкой радиостанции Deutsche Welle (DW), подтвержденному представительством Всемирной продовольственной программы (World FoodProgramme) со стороны Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ВПП ООН), предоставление продовольствия и другой гуманитарной помощи мирному населению Донбасса, пострадавшему в результате вооруженного конфликта на Востоке Украины, будет прекращено в июле 2018 года. В унисон ВПП ООН аналогичное заявление о временной приостановке поставок гуманитарной помощи сделало и представительство Международного Комитета Красного Креста (МККК) в Украине. МККК за три последних года своей бескорыстной благотворительной деятельности отправил пострадавшим от конфликта на Донбассе людям сотни тысяч тонн гуманитарной помощи в виде продовольствия, медикаментов, медицинской техники и предметов первой необходимости. Примечательно, что только в 2017 году ВПП ООН и МККК совместно выделили на проекты гуманитарной помощи для этого региона $274 млн (!).

Такое одновременное внезапное политическое решение двух всемирно известных и авторитетных гуманитарных организаций не могло не остаться без внимания и не вызвать неоднозначные вопросы в среде международной благотворительной общественности, а также недоумение в экспертной среде и отечественных СМИ. Слишком уж нарочито демонстративно всё это выглядит, а вот что за этим кроется фактически, узнать было бы интересно всем, кому эта помощь предназначена.

Основным официальным обстоятельством, которое якобы повлияло на принятие такого неординарного решения со стороны ВПП ООН,называется «нехватка финансовых средств» для дальнейшего материального обеспечения программы гуманитарных поставок по линии ООН. В свою очередь, по версии представительства МККК, они прекращают поставки из-за того, что в деятельность гуманитарной миссии на неподконтрольных территориях ОРДЛО якобы «начали активно вмешиваться, а вернее, мешать, незаконные вооруженные формирования». По этим двум, на наш взгляд, «веским причинам» у общественности возникает ряд вопросов, которые требуют своего объяснения.

Почему в Сомали, Йемене, Ираке и других проблемных горячих точках мира указанные аналогичные обстоятельства не являлись причиной приостановки оказания гуманитарной помощи? Возникает подозрение, что это один из способов подтолкнуть Совет Безопасности ООН к принятию решения по скорейшему введению миротворческого контингента ООН на Донбасс, чтобы с его помощью в дальнейшем осуществлять «справедливое распределение гуманитарной помощи».

Как же ООН собирается финансировать очень дорогостоящую миссию военного присутствия контингента миротворцев на Донбассе, если деньги из «общака» всемирной организации на обычную гуманитарную помощь уже иссякли? А может, ООН уже и вовсе вычеркнула Украину из своих гуманитарных программ как недееспособного к преобразованиям партнера?

Почему представительство МККК в Украине не сотрудничает в вопросах безопасности распределения гуманитарных грузов среди населения в зоне конфликта с представителями миссии ОБСЕ, которые имеют международный мандат ООН на право осуществления мониторинга всех противоправных обстоятельств и практических нарушений, совершаемых сторонами конфликта на Востоке Украины? Что мешает им наладить рабочие, независимые от политической конъюнктуры, взаимоотношения в святом деле — оказания гуманитарной помощи — с руководителями мятежных непризнанных территорий ОРДЛО, как они это успешно осуществили в Южном Судане, даже несмотря на недавнее вооруженное нападение боевиков на гуманитарный конвой с продуктами питания и убийство сотрудника миссии МККК?

Очевидно, причины прекращения регулярной гуманитарной помощи Донбассу содержатся в иной политической плоскости и вовсе не те, что озвучены в официальных коммюнике ВПП ООН и МККК. В мире имеется другая наглядная практика оказания международной гуманитарной помощи страждущему населению ОРДЛО, которая не зависит ни от каких-либо конъюнктурных соображений и руководствуется в своей деятельности Платоновским философским постулатом, что «помощь — препятствие для существующего или возможного зла«, где «злом» выступает непрекращающийся кровавый конфликт.

По данным комиссара по гуманитарной помощи и антикризисным мерам ЕС Христоса Стилианидиса, Евросоюз с начала конфликта на Востоке страны уже предоставил властям Украины гуманитарную помощь для жителей Донбасса в сумме более 400 млн евро. Вот только общественности интересно было бы знать, как власть имущие распорядились этими средствами, а понимая, как обстоит дело с «неподкупной коррупцией» среди правительственных чиновников, можно предположить, что часть гуманитарных средств осела в карманах тех, кто занимался их распределением. К таким фактам, по мнению ГПУ, причастны сотрудники Министерства социальной политики правительства Гройсмана.

По данным Национальной полиции Украины, только в последнее время расследуется более 30 уголовных дел по фактам особо крупных махинаций с гуманитарной помощью, предназначенной для зоны АТО и жителей Донбасса. Следует подчеркнуть, что это дела, официально выявленные и процессуально задокументированные в ходе расследования преступных схем, которые использовали злоумышленники в целях избежать обязательных таможенных платежей в госбюджет, а это — колоссальные суммы. При этом специалистам правоохранительной системы известно, что самым распространенным видом контрабанды является ввоз, под видомгуманитарной помощи, новой промышленной продукции и продуктов питания, которые позже появляются на прилавках мелких магазинчиков и даже супермаркетов. Для этих целей регистрируются на подставных лиц фиктивные благотворительные фонды и гуманитарные организации. А «разгуляться» мошенникам, судя по всему, есть где, так как согласно статистическим данным, которые удалось зафиксировать, объем ввозимых гуманитарных грузов или заявленных таковыми в таможенных грузовых декларациях составил: в 2015 году — более 68 тыс. тонн, в 2016-м — 35 тыс. тонн, а после «реорганизации» Таможенной службы ДФС в 2017 году этот показатель уже составлял 12 тыс. тонн, но, как ни странно, увеличились в разы объемы ввозимого секонд-хенда.

Зачастую аферисты прикрываются волонтерской деятельностью, при этом ссылаются на якобы сотрудничество с известными мировыми гуманитарными организациями ООН, ЕС и МККК. Так, в настоящее время прокуратурой в Киевской области ведется расследование по факту продажи 580 тонн гуманитарного груза, где фигурируют чиновники Минсоцполитики. Поэтому прокуратура проводит обыски, а также другие следственные действия, обоснованно предполагая, что они установят и вину некоторых руководителей министерства, которые, путем признания грузов гуманитарной помощью, способствуют махинаторам в их преступной деятельности. Таких фактов таможенных афер зафиксирован уже не один десяток. То ли еще будет (!) при такой изворотливости, изощренности коррупционного, гуманитарного и финансового конгломерата, оседлавшего потоки для наживы.

Загрузка...

Подписаться на рассылку

Вверх