Почему в СССР поменяли Рождество на Новый год. Как на самом деле родился главный советский праздник

Представьте себе: конец 1936 года. За окном — совсем не праздничная для многих эпоха. А в огромном, роскошном зале с белыми колоннами в самом центре Москвы пахнет хвоей и детским волнением. Вот-вот зажгутся огни на высокой елке. И не рождественской — такой в этой стране теперь быть не может — а на новогодней, советской. Впервые.

Но давайте по порядку. И начнем мы не с дат, а с места. С самого здания.

Место действия — Колонный зал Дома Союзов на улице Большая Дмитровка. Тот самый, что прячется в тени более пафосных соседей. Вот он, изящный особняк с колоннами — рядом со строгим зданием Государственной Думы и величественным Большим театром.

Когда-то здесь был Дворец дворянского собрания, а после октябрьских событий 17-го года это стал Дом Союзов. Именно отсюда и пошла традиция отмечать Новый год так, как мы его отмечаем сегодня. С ярко украшенной ёлкой, Дедом Морозом в красной шубе, Снегурочкой и сладкими подарками.

А что было до этого?

В царской России Новый год не отмечали в принципе. Зато праздновали Рождество, с той самой ёлочкой и подарками. Но если меняются все устои государства — разве может перед ними устоять какая-то ёлка? И после Октябрьской Революции пушистая красавица-ёлка оказалась под строжайшим запретом.

«Поповский пережиток», — сурово говорили в двадцатые годы про традицию наряжать ёлку строгие товарищи из ЦК. Новый год был обычным рабочим днем. Праздники были новые — 1 Мая и 7 Ноября.

Но неожиданно идеологи столкнулись с удивительным феноменом — с народной памятью. С традицией, которую невозможно было выкорчевать силой. Люди на Рождество тайком приносили домой небольшие ёлочки, завешивали окна одеялами, чтобы никто не увидел огоньков, а дети шепотом читали стихи. Даже зная, что за это могли быть серьезные неприятности. И тогда в верхах родился гениальный, хоть и циничный принцип: «Если не можешь победить — возглавь».

И возглавили.

В конце 1935 года партия решила: елку — вернуть! Но с важнейшей поправкой: не на Рождество, а на Новый год. У праздника сменили идеологическую начинку, оставив старую, любимую всеми обертку.

И вот в конце 1936 года в Колонном зале — в самом сердце страны, в бывшем дворянском гнезде — зажглись огни на первой советской главной елке. Это был эксперимент, эталон, образец. Сюда привозили лучших пионеров, здесь оттачивали каждый жест, каждую реплику. Отсюда, как из эпицентра, праздничная волна расходилась по всей огромной стране.

Автор канала «Ехать можно» раскопал несколько интересных деталей, о которых мы все собственно, и не подозревали.

В качестве самого первого Деда Мороза выступил Михаил Гаркави. Это был блестящий конферансье и артист разговорного жанра. Именно он придумал весь канон поведения волшебного деда. И именно он в тот вечер впервые в истории произнес фразу, ставшую магическим заклинанием для всех поколений: «Раз, два, три! Ёлочка, гори!».

Здесь же, у этих колонн, у него впервые появилась внучка Снегурочка. До этого, согласно фольклору, Дедушка бродил одиноким старичком.

Песенку «В лесу родилась ёлочка» тоже вытащили из небытия. Это была не слишком популярная детская песенка, написанная ещё при царе. И для нового праздника она была идеально нейтральна: ни ангелов, ни вифлеемской звезды — только зайчик, волк, лошадка и снежок. Она идеально «ложилась» в новый контекст.

После успеха московской елки по всему Союзу разослали готовые сценарии праздника. Те самые, с хороводами, стихами про «зайчика серенького» и обязательным выкриком «Ёлочка, гори!». Миллионы воспитателей в детских садах получили брошюры-методички, созданные по лекалам этого самого зала. Так что мы до сих пор празднуем Новый год «по методичке» 1938 года!

А что же стало с Колонным залом после? Он уступил пальму первенства Кремлёвскому Дворцу съездов (той самой «стекляшке»), куда в 1960-е переехали главные Кремлевские ёлки. Но он остался тем самым местом силы, где всё начиналось. Где из запрета, ностальгии и политической необходимости неожиданно слепили самый светлый, самый семейный и самый долгожданный праздник, который мы знаем.